Василий Мидянин (midianin) wrote,
Василий Мидянин
midianin

Categories:

Я смотрю на это дело в древнерусской тоске (с)

Констатировал вдруг для себя, что мне страшно нравится работать в Москва-сити.
Обожаю перемещаться уютными подземными переходами под местными башнями, выбирая себе едальню для обеденного перерыва. Люблю печально и мудро смотреть на тех несчастных, что перемещаются здесь, одетые в тяжелое и душное зимнее уличное. Большинство все же без верхней одежды; значит, свои, из башен. Неимоверно вставляют меня также киберпанковские, мощеные гранитной плиткой улицы Готэма снаружи, на которых тебя окружают настоящие упаднические небоскребы и по которым вечерами нескончаемым потоком движутся желтые такси.
Вы, кстати, обращали внимание, что в последнее время в Москве очень много желтых такси, как в Нью-Йорке каком-нибудь?
В НЙ, прототипе Готэм-сити, я бывал дважды, и оба раза мне скорее не понравилось. Грязь, слякоть, бомжи в невероятных количествах, сомнительная по большей части архитектура, теснота, мерзейшее метро с крысами. А вот причудливый модерновый Готэм Москвы-сити меня почему-то вдохновляет. Это настоящий, тот самый Готэм из комиксов, который еще не успел одряхлеть и опуститься. В сырую погоду тротуары тут загадочно поблескивают, как пресловутые романтические бульвары Парижа. Хочется присесть на гранитную ступеньку и написать новую гениальную главу в книгу, хочется читать Миропольского, хочется жареных каштанов и прочей смешной романтики.
Жареные каштаны - еда, конечно, нестерпимо романтичная. Их нужно есть на бульварах с обольстительной, опасно юной любовницей, с который вы полчаса назад неохотно выбрались из теплой постели в уютной гостинице в районе Монмартра. Всё остальное несчитово.
Вернемтесь к Готэму. Абсолютно идеальным такое мое завершение рабочего дня было бы, конечно, если бы я по-прежнему работал руководителем студии в NARR8 и выходил из башни, покачиваясь, где-нибудь о пятом часу утра, только что гениально переписавши новую серию (которую прислали мне мои пытливые сценаристы, в очередной раз ни хрена не понявшие, о чем мы тут вообще), с нуля собственноручно написав другую и мучительно размышляя над следующей.
Возможно, такое выходит из-за феномена, который норвежцы называют "хюгге" (hygge). Я недавно узнал. Это когда бедный, больной, неделю не жрамши, одни только ножки торчат, намерзшийся, вымотанный многокилометровым пешком, многократно осклизнувшийся и свернувший все ноги на покрытом влажным мхом камнях, пару раз во весь рост упавший в ледяной ручей под камнями, совершенно несчастный и всецело унылый - добираешься наконец до своей замечательной теплой избушки, решительно надеваешь сухое, усаживаешься перед пылающим камином, укутываешь ноги пушистым пледом, в одной руке у тебя кружка с горячим глинтвейном, другой поглаживаешь дремлющую собаку - и тебе аааааааа, хорошо! Вот это типа и называется хюгге.
То есть, применительно к нашим нелегким московским условиям, выходишь по окончании суматошного трудового дня из башни на улицу с абсолютно квадратной головой, вдыхаешь вечерней свежести и почти физически ощущаешь, как голова твоя в результате хюгге тихонечко расправляется и пощелкивает, постепенно принимая естественную форму. Бесценно, если верить рекламе какой-то банковской карточки.
С другой стороны, мне здесь хорошо и в любое другое время. Скажем, обеденное.
Хотя стоявшие несколько месяцев эскалаторы в переходе я им, безусловно, не прощу. Со мной так нельзя, как сказал один классик. Аргументируйте.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments