Василий Мидянин (midianin) wrote,
Василий Мидянин
midianin

Московские големы, часть 8. Входит французская королева.

Когда они выбрались из разгромленной «Маленькой Японии», в «Ёлках-палках» уже не было ни одной живой души: все разбежались кто куда, напуганные взрывом и учиненной в соседнем ресторане резней. Зато перед «Ёлками-Палками» клубилась внушительная толпа, собравшаяся из соседних домов поглазеть на пожар.
- Славно! – обрадовался Кани. – Не бывает такого, чтобы гора не шла к Магомету! Так, взяли в клещи с трех сторон! Начали!
И големы без всякой подготовки обрушились на толпу, неустанно сея разумное, доброе и вечное: смерть и разрушение.
– Что? – свирепо выкрикивал Кани Мягкий Краб, расшвыривая в разные стороны окровавленные ошметки плоти. – Что? Слатенько вам? Не любите коллективной ответственности, господа москвичи? А зачем вы убивали женщин и детей в Чечне? А? Любим, значит, вкусно есть, сладко спать, хорошо зарабатывать? Вы в курсе, что в провинции за одну и ту же работу платят втрое меньше, чем в Москве? Вы знаете, скоты, что большая часть налогов россиян стекается в столицу, чтобы продажное правительство имело возможность строить вам многоуровневые торговые комплексы с подземными парковками, тропические парки и педерастические ночные клубы, чтобы у вас были заоблачные зарплаты и клубника зимой?..
- Краснопузая сволочь! – яростно вопил Унаги Копченый Угорь, то широко взмахивая каменными лапами (кровавая улица среди плотной толпы), то коротко размахиваясь (соответственно, переулочек). – Азиатские варвары! Вся ваша боль, все ваши страдания не стоят одной слезинки замученного вами святого генерала Колчака! Прокляты вы до седьмого колена, и так до семидесяти семи раз! Н-на! Н-на!..
- Чем больше я узнаю людей, тем больше люблю животных! – орал Ика Сырой Кальмар, сладострастно вколачивая мечущихся в панике зевак в дорожное покрытие. – Мерзкие двуногие без перьев с плоскими ногтями! Вы проказа на лице земли, вы короста тонкого мира! Вы кланяетесь вещам, режете на части собственное божественное сознание, гадите в храмах, откусываете друг другу головы и курите тлен! Вы недостойны малейшей жалости! А тех редких просветленных, которые изредка выходят из вашей серой массы, вы зверски и радостно уничтожаете, топите в ваших собственных фекалиях! Сократ, Ян Гус, Ленин, Че Гевара, Джон Леннон – сколько еще нужно замученных праведников, чтобы что-то колыхнулось в ваших заплывших жиром мозгах?..
- Сухопутные крысы! – надрывался Шиитаке Императорский Гриб, размахивая над головой полуразорванными останками какого-то несчастного, кои он удерживал за ногу. – Вот вам порт пяти морей! Вот вам северные реки вспять! Вот вам не ждать милостей от природы!.. Да вы хотя бы знаете, что это такое – раскачивающаяся палуба корабля под ногами, соленые брызги в лицо, холодный ветер, завывающий в мачтах? Одинокий альбатрос в небе?.. Фосфорическое мерцание поднимающегося из глубины планктона, плеск экваториальных вод, экзотические острова, беспощадное тропическое солнце? Что вы знаете о жизни, вы, подвальная плесень, бледные поганые грибы бетонных многоэтажных подвалов, загорающие в соляриях, о волшебных островах узнающие из передачи «Вокруг света», а о вольных ветрах даже не догадывающиеся, ибо еще несколько поколений назад окружили свои города плотными пузырями неподвижного вонючего смога?.. Для чего вам жить – дабы плодить новых уродцев и инвалидов? Не гуманнее ли устроить новый всемирный потоп, как в «Энума Элиш»?..
- Гнусные самцы! – рычала Эби Сладкая Креветка, приплясывая на трупах своих жертв. – Мерзкие твари, вечно пьяные, воняющие едким потом, цедящие слюну прямо на асфальт! Вы, с плешивыми головенками и волосатыми мослами, в перепачканных семейных трусах, растянутых майках и растоптанных тапках! Как же я вас ненавижу! Как же мне хочется оторвать вам всем жалкие крантики и растоптать у вас же на глазах!..
- Я дерусь просто потому, что дерусь, - флегматично пояснял Магуро Ломтик Тунца, догоняя очередную жертву и сокрушительным ударом сбивая ее с ног. – Ничего личного, просто у нас, у оперативников, такая работа. Хотя, в общем-то, ваш биологический вид мне действительно совсем не нравится. Для чего вы не умеете жить верно, по понятиям? Вот, вроде бы, хорошо сказано: не замочи. Или, допустим, еще правильно сказано: не крысятничай по чужим шконкам. Ну, там, соответственно, не верь, не бойся, не проси, не раскатай губу, не настучи, не восхрапи в доме ближнего своего, ибо он не возрадуется. Да приколется обломавшийся и да обломается приколовшийся, ибо нефига. Казалось бы, простые, правильные все слова. Так какого же тогда хрена?..
Из переулка выскочил человек с цифровой камерой, начал торопливо снимать панораму побоища. Через несколько мгновений за его спиной опустился небольшой черный вертолет без опознавательных знаков, из вертолета выпрыгнули двое, с ног до головы одетые в черное – строгие костюмы, галстуки, ботинки, непроницаемые очки. Сгоряча идеальный наблюдатель вполне мог бы перепутать их с боевыми магами РАО «ЕЭС», однако они проходили по другому ведомству. Один из людей в черном достал из нагрудного кармана что-то вроде толстой авторучки и окликнул оператора. Когда тот обернулся, колпачок «авторучки» сверкнул ослепительно-серебристой вспышкой, и оператор застыл на месте. Второй человек в черном вверх-вниз провел перед камерой каким-то странного вида прибором, дистанционно уничтожая всю записанную на ее электронных носителях информацию. Завершив молниеносную экзекуцию, загадочные люди погрузились в вертолет, который тут же взмыл в небо и исчез над крышами. Неудавшийся стрингер на негнущихся ногах двинулся в ближайший переулок. По дороге он налетел на мусорный бак и опрокинул его, но был до того ошарашен, что даже не заметил этого.
Вскоре големы стояли по колено в кровавой каше. Убивать больше было некого.
– Мир и покой во веки веков! – выкрикнул Шиитаке, задрав оплывшую асфальтовую башку к небесам.
– На милицейской волне сообщают, – произнес Унаги, дотянувшись до ноосферы, – что нам на перехват с Садового кольца брошен взвод воинов-дендроидов. Однако, будучи детьми природы, они принципиально и категорически отказываются пользоваться любым механическим транспортом, а сами передвигаются столь медленно, что их следует ожидать не ранее, чем к сумеркам.
– Успеем порезвиться! – обрадовалась Эби. – Честно, давно уже я так круто не колбасилась, как последние десять минут. – Она устало облокотилась на забрызганный кровью, опрокинутый в пылу бешеной резни автобус.
- Чорт возьми, - проговорил Копченый Угорь, - надо было все-таки зверски прикончить тех двоих жандармов.
– Пустое, - возразил Кани Мягкий Краб, - нас все равно быстро зафиксировали бы. Ничего, у нас еще уйма времени. Найдем себе новое развлечение, не беспокойтесь. Айда по трассе в сторону центра!
И они двинулись по трассе в сторону центра, опрокидывая на ходу палатки с буржуазными цветами и неподобающими напитками.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments